Новая таволжанка сахарный завод

Новое производство запустили на месте бывшего сахарного завода под Белгородом

Первую очередь запустили 21 января на месте бывшего сахарного завода в Шебекинском горокруге. На некогда депрессивной площадке будут производить высокотехнологичное телекоммуникационное оборудование.

Продукция компании, расположившейся на новом месте, ориентирована на экспорт. Здесь будут выпускать серверные шкафы и аксессуары, антивандальные ящики, сейфы и т. д. География поставок – Украина, Белоруссия и Казахстан.

На первую очередь проекта потрачено около 120 млн рублей. От государства выделено более 20 млн рублей. На заводе создано 107 рабочих мест, сообщили в пресс-службе департамента экономического развития.

Производство запущено в рамках региональной программы 500/10 000.

Главный корпус бывшего сахарного завода в Новой Таволжанке в 2012 году включили в список объектов культурного наследия регионального значения. Спустя два года в перечень добавили и другие здания комплекса.

В 2018 году площадку рядом с бывшим сахарным заводом приобрела крупная телекоммуникационная компания. О запуске нового предприятия объявили в мае прошлого года.

Для восстановления депрессивной площадки администрация Шебекинского горокруга объявляла конкурс проектов обустройства.

ИА «Бел.Ру» © 1999-2019. Все права защищены.

Сетевое издание Информационное агентство «Бел.Ру»

Средство массовой информации зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 23.11.2018 г. регистрационный номер серия ЭЛ № ФС 77-74127.

Дата регистрации: 23.11.2018

Учредитель: Общество с ограниченной ответственностью «ПремьерМедиаИнвест»

Телефон: +7 (47-22) 24-97-77

e-mail: newhot@iabel.ru; ooopremmediainvest@gmail.com

Главный редактор: Артемова О.А., artemova@iabel.ru

Реклама на сайте: +7 (47-22) 24-97-78, smorodina@iabel.ru, reklama@iabel.ru

Все права на материалы и новости, опубликованные на сайте www.bel.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ. Допускается цитирование без согласования с редакцией не более 50% от объёма оригинального материала, с обязательной прямой гиперссылкой на страницу, с которой материал заимствован. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал www.bel.ru, до или после цитируемого блока.

Материалы в сюжетах «Новости компаний» и «Партнёрский материал» публикуются на правах рекламы.

Источник

«Такой завод был!» Как сахарный завод Боткиных под Шебекино шагнул из истории в бездну

Первое свидание с этим исполином дореволюционной промышленности у меня случилось в 2018-м: проезжала мимо, когда из‑за поворота вынырнул его бело-красный корпус. Два года спустя я приехала к зданию бывшего сахзавода Боткиных в Новой Таволжанке целенаправленно.

Читайте также:  Чиа при сахарном диабете отзывы

Не охраняется государством

Смотрю не моргая и слушаю, как ветер позвякивает уцелевшим стёклышком в верхнем окне… Первые впечатления от этого исторического места меня быстро погружают в уныние.

Охраны нет, ворот тоже. Перед главным корпусом водоём с водой – ровесник завода. На доске едва читается запрет о рыбалке.

Входные двери поддаются не сразу. Да они в общем‑то и ни к чему: все окна высотой в пол давно выбиты. Но из уважения к возрасту здания мы с моим провожатым Владимиром Лебедевым входим культурно. Впервые он открыл эти двери в 1965 году, когда после школы пришёл сюда работать электриком. А закрыл их за собой в 2010-м – бывшим начальником электроцеха, когда завода уже не было.

И там и там мусор, обрывки бумаги, сломанные столы и шкафы, одинокие ботинки и сапоги. На грязном столе откуда‑то коричневый кусок хозяйственного мыла. В кабинете Лебедева из бумажных куч извлекаю сметы на капремонт конденсаторной батареи, высоковольтного распредустройства и турбогенераторов. Даты на документах – 2002 и 2003 годы, а печати и подписи директора нет: видимо, расчёты были не окончательные.

Заходим в главный производственный зал – пустой трёхэтажный остов без перекрытий и частично без крыши – и останавливаемся среди груды кирпичей. Зацепившись за арматуру, под потолком висит кусок вытяжной трубы. Две двери на втором этаже уцелели, потому что туда никак не подняться, а значит, и не разбить.

Если бы мы зашли сюда лет 15 назад, то сейчас разговаривали бы у лестницы, которая в два крыла вела от входа на второй этаж.

«Там было сушильное отделение, вакуумаппараты, дальше стояли центрифуги, в которых и получался сахар, – показывает Лебедев направо от входа. – На втором этаже двери: что поновее – кабинет главного инженера, а там, где цветной витраж, – лаборатория. Такой завод был!»

Трудные для предприятия времена начались в 2006 году, а в 2010-м наступил его полный крах. Всего десять лет прошло с тех пор, а время здесь будто остановилось году этак в 1945-м.

Взлёт и падение

Даже теперь каждый житель Новой Таволжанки скажет, что село почти всем обязано семье Боткиных. Сейчас их назвали бы образцовыми инвесторами, перевыполнившими областную программу трудоустройства в селе «500/10 000».

Читайте также:  Экссудат при сахарном диабете

В годы Великой Отечественной войны завод сильно пострадал, но уже в 1948-м его полностью восстановили. Эта дата выложена на второй трубе предприятия.

Местные старожилы, чьё детство пришлось на 1940–50-е, рассказывали мне, что с запуском завода в село вернулась мирная жизнь. Их любимейшим лакомством в те годы были пирожные из патоки. Завод помог людям пережить голодное и трудное время, дал работу и надежду на лучшую жизнь.

Слушая такие истории, я никак не могла понять: почему сейчас здесь ни одной целой рамы, стены или перекрытия? Почему так варварски растащили завод, который долгое время кормил местных жителей?

Всё на металлолом

Раньше из основного корпуса можно было попасть в котельную. Теперь всё завалено. Делаем круг мимо складов времён Боткиных и прилепившихся к ним современных гаражей. Тёмные постройки в гуще сухостоя и голых кустов выглядят мрачно. Вот и котельная.

Там всё уничтожено, местами просматриваются чёрные дыры подвала. В конце зала к потолку возвышается бесформенное жёлто-коричневое пятно – не добитая вандалами кирпичная печь. Жутко. На фасаде – выщербины от немецких снарядов, которые на фоне общей разрухи почти незаметны.

В 1980-е мощностей не хватало и к старой котельной из красного кирпича пристроили новую, серую, из монолита. Её так и не завершили. Кирпичная труба с надписью «1983» никому не пригодилась.

«Интереса никакого не было»

«Они и добили, – горько говорит он о последних «хозяевах». – Москва руководила, интереса у них здесь никакого не было, кроме как высосать всё и бросить».

Рубеж 2000-х – тяжёлый период для всей сахарной отрасли. Площади посевов сахарной свёклы неуклонно сокращалась, цены на импортный сахар-сырец росли, а на сахар – падали. Импортёры сокращали поставки сырья, заводы закрывались. Те, кто хотел выжить, должны были вкладываться в модернизацию. Но, как известно, многомиллионные инвестиции в период неизвестности – сомнительная затея.

Кстати, капвложения в новотаволжанский сахзавод в 2000 году составили 2,6 млн, в 2001-м – 1,4 млн рублей. У «Штен Импекса» была ещё «дочка» – в Ракитном, которая владела «Ракитянским сахарником». В него с 2000 года вообще ничего не инвестировали.

В 2002 году прокуратура ЦАО Москвы возбудила против Ривкинда уголовное дело по статье о мошенничестве. Однако, как пишет Карпов, Ривкинда это не остановило, и он продолжал изыскивать кредитные средства уже от имени «Колибри Фудс». Не исключено, что эти обстоятельства повлияли на решение о ликвидации новотаволжанского завода в 2003 году и сбрасывании балласта в виде обоих белгородских предприятий.

Читайте также:  Свеклу сахарный можно садить

«Выдали акции и распустили»

— Боль, что не отстояли.

— Почему же люди свой завод не защитили?

Говорили, будто несколько лет назад какие‑то специалисты хотели открыть новое производство, а эти корпуса снести, но им не разрешили, сказали, что фасад нужно сохранить. Они и уехали. Это похоже на правду. Только фасад и остался, внутри явно целенаправленно и долго работали отбойниками, а потом всё бросили и ушли. Почему этих «специалистов» никто не заставил вернуть как было? Наверное, потому, что это никому не надо.

Кому это надо

Прошло восемь лет. Памятником федерального значения завод так и не стал. Из НИИ Лихачёва мне ответили, что проектами реставрации никогда не занимались, а Быльченко у них давно не работает.

В 2019 году администрация округа заявила о старте конкурса на лучший проект обустройства завода. Планировали привлечь и опытных архитекторов, и студентов, обещая победителю 150 тыс. рублей. Конкурс провалился: прислали только один проект, и тот никого не вдохновил. Площадке ищут инвестора, выставив завод в аренду за 1 рубль.

Что же дальше?

В администрации Шебекинского округа подтвердили, что объект принадлежит Белгородской области и там действительно много земельных участков. Часть из них выкуплена в собственность. Переговоры с «ТелекомГрупп» проводились, инвестор проявил заинтересованность, но окончательного решения не принял, поскольку ещё не считал стоимость восстановительных работ. Возможно, дело не только в деньгах.

Ещё в 2018 году кандидат технических наук, доцент кафедры строительства и городского хозяйства БГТУ им. В. Г. Шухова Павел Сапожников говорил нашим коллегам, что, прежде чем искать инвестора, надо определиться со статусом территории:

«Пока мы не поймём, что это за площадка по документам и по потенциалу, кому‑то её предлагать – просто маниловщина».

Завод Боткиных помнит немало проектов и планов. Что ж, дождёмся 2023 года и посмотрим, продвинутся ли начинания нынешних инвесторов.

— Как думаете, можно восстановить здание?

— Всё можно. Были бы деньги и желание. Вот взяли ребята площадь, там, где был склад сырца. Хорошо, если захотят остальное ремонтировать, а так – кто сюда будет вкладывать?

— А вы что хотели бы здесь видеть?

— Завод сахарный. Все наши жалеют завод.

Источник

Мои рекомендации
Adblock
detector